Археологи ищут в центре Харькова подземный город

10 фев, 05:15

Сегодня историки начали раскапывать центр Харькова. Раньше археологов в центр не пускали. Город официально считается не слишком древним. Поэтому разрешение на раскопки получить было трудно. Ученые планируют доказать, что к возрасту Харькова следует добавить еще минимум тысячу лет.
Археологов заинтересовал сквер возле Успенского собора. Именно здесь располагался административный район козацкого городища начала семнадцатого века. Жилые районы находились ниже, у реки. Кроме того, здесь пятьдесят лет назад была сделана находка, которая может добавить возрасту Харькова тысячу лет. В строительном котловане нашли осколки керамики периода древней Руси.

 


Валерий Скирда, археолог: Вполне реально, что здесь могут находиться отложения периода раннего средневековья, то есть периода Киевской Руси.

 


Под Харьковом в этом месте, возможно, обнаружится подземный город. Некоторые ученые считают, что при строительстве Успенского собора – от него до места раскопок 50 метров - была создана разветвленная сеть подземных коридоров. Историческое место находится в тени, работать здесь не так трудно, как на открытом солнце.
Сегодня археологи определили место раскопок и сняли первый слой земли. Первой находкой стала батарейка периода постиндустриального общества. Археологи датируют ее девяностыми годами прошлого века. По словам Валерия Скирды, надеяться на стоящие находки можно будет на глубине двух метров. Культурный слой семнадцатого века пойдет именно тогда.
Валерий Скирда, археолог: Пока слишком много мусора, еще двадцатый век идет. Вот на штыке уже пляшка Миргородской.

 


Возможно, копать придется еще глубже. Глубина слоя зависит от активности жизни на территории раскопок. Завтра археологи будут работать в сквере с утра. К концу дня они планируют дойти до материка - геологического слоя, на котором заканчиваются следы человека.
Дмитрий Литвиненко , Илья Ильченко
Медиа-группа "Объектив", 05.08.2003


Никогда до 2003 года не слышно было об археологических раскопках в черте города. Разве что можно вспомнить об упоминаемых в краеведческой литературе раскопках А.С.Федоровского, произведенных в 1928-1929 гг. в центре Харькова. Но о результатах этих раскопок до сих пор ничего не известно. И только в этом году промелькнули сообщения о таких работах в центре города. Пробегая мимо ямы размером два на два метра в сквере у Успенского собора, с интересом заглядывал в нее, понимая, что вряд ли на этом месте будут найдены следы городища времен Киевской Руси. Судя по старым открыткам, здесь находилось довольно внушительное здание. А поскольку наши предки конца позапрошлого века любили строить основательно, то строители глубокого фундамента и внушительных подвалов, скорее всего, уничтожили все следы возможного пребывания своих предшественников, живших на этом месте. Был и ряд других сомнений, но ни в коем случае не стоит критиковать археологов. Каждый имеет право на гипотезу. Есть таковая и у автора этой фантазии.
Гипотеза основывается на анализе сочетания компонентов географической среды, которая явилась благоприятным условием для возникновения поселения, и исторических условий, в которых поселение существовало. Под географической средой для нашей задачи будем понимать рельеф, климатические, гидрологические условия, растительный мир.
Придется же начать с исторических условий. Начиная с эпохи энеолита (3 тысячелетие до н.э.) и до начала XVII века земледельческим общинам, проживающим в лесостепной зоне, постоянно приходилось думать о своей безопасности. Скотоводы, в отличие от земледельцев, были очень подвижны. Так как скотоводство предполагало частую смену стойбищ, скотоводы кочевали на огромных пространствах. Такой образ жизни сформировал кочевника-воина. Он был беднее, но мобильнее и воинственней земледельца и мог силой забрать у пахаря все, включая жизнь. Оседлым земледельцам, защищаясь, приходилось возводить городища, т.е. ограждения в виде валов, рвов и частокола. Возведение таких ограждений отнимало много сил и времени, поэтому, при выборе места для поселения учитывались условия рельефа местности, облегчающие строительство городища. В большинстве случаев место для поселения выбиралось на высоких мысах по берегам рек. Оптимальной для выживания была община, насчитывающая минимум 20-30 семей (около 150 человек), т.е. около 50 мужчин, которым было под силу наряду с ведением хозяйственных работ, обеспечивать безопасность общины. Можно подсчитать площадь территории, необходимой под поселение. Это приблизительно прямоугольник со сторонами 200-300 и 400-600 метров.
Мыс у слияния рек Харьков и Лопань периодически заселялся земледельческими общинами. Анализируя старые планы города и изменения по ним ландшафта и рельефа местности на протяжении 300 лет можно предположить, что в VII-VIII веках (времени появления славянских племен), центральная часть нынешнего Харькова представляла собой следующую картину. Восточная нагорная часть междуречья была покрыта густым лиственным лесом. Долины рек и низины были покрыты массой стариц, озер, заболочены и непригодны для земледелия. На восток от левого берега реки Харьков простиралась степь с редкими небольшими лесами вдоль яруг и заболоченных балок. Между Холодной, Лысой горами, покрытыми лесом, и правым берегом Лопании находись небольшие болота и лесочки. Наиболее удобной для земледелия была южная, ровная часть плато междуречья. Восточный скат плато, как и все берега рек, текущих с севера на юг, был круче, и здесь можно было найти участок с удобным рельефом для поселения, которое должно было располагаться рядом с обрабатываемыми полями. Еще одно непременное условие расположения поселения – наличие источника воды.
Из самых ранних планов города наиболее интересен с точки зрения анализа рельефа план 1804 года, на котором Губернский архитектор Ярославский старательно прорисовал берега рек и границы плато междуречья. На этом плане привлекает внимание участок между нынешними Театральным переулком и переулком Воробьева. Эти улицы, как и нынешняя ул. Воробьева – след глубоких оврагов, спускающихся с плато к реке Харьков. По площади участок как раз подходит под поселение и сравним с площадью Донецкого городища (см. "Реконструкцию ландшафта центра города", на котором приведен спутниковый снимок участков Донецкого и Харьковского городищ в одинаковом масштабе). Сооружать валы не было необходимости, достаточно было выкопать ров, длиной около 60 метров между верховьями пер. Воробьева и Театрального переулка.
На плане 1804 года есть и один интересный момент, подтверждающий наличие источника воды вблизи Театрального переулка. В ста метрах на берегу реки обозначено расположение пивоварни. Воду для изготовления пива вряд ли брали из самой реки. Такой источник мог находиться в яру в месте пересечения Театрального спуска и бывшей Девичьей улицы (ныне ул.Демченко). Название улицы – еще одно подтверждение наличия источника в прежние времена. При разрастании поселения дома строили на пологом скате плато. Мужчины, включая подростков, занимались земледелием, охотой, рыбалкой, скотоводством. Домашнее хозяйство лежало на плечах женщин, понятно, что за водой к источнику посылали молодых женщин и девушек, от того и тропа, по которой они ходили к источнику, называлась девичьей. Лес, располагавшийся на плато, являлся аккумулятором атмосферных осадков, просачивавшихся в почву. Вода, скапливавшаяся в грунте, стекала по плато к югу. Яр в районе Театрального переулка, перерезав плато под прямым углом, обнажал водоносные слои. С уничтожением леса, атмосферные осадки уже не накапливались в почве, а стекали по плато. Источник исчез.
Даже не обладая богатым воображением легко представить себе городище времен Киевской Руси на этом месте. Чуть выше пересечения улиц Воробьева и Мельникова могли находиться нижние ворота городища, через которые был выход к источнику и для выгона скота к реке и на пастбища. В этом месте обрыв плато составлял до 20 метров. По границам городища достаточно было установить частокол. На верху плато между улицей Воробьева и Театральным пер. могли находиться верхние ворота, через которые был выход на поля и к лесу. Здесь же удобно было поставить сторожевую вышку или башню-сруб. Поскольку в западном, южном и восточном направлении не было леса и высоких нынешних сооружений, с этого места был прекрасный просмотр в этих направлениях на дальность до 15 км, да и городище все просматривалось. Как пример такого вида приведен снимок 1860 г. с места, где могла стоять сторожевая башня. С этой же башни хорошо просматривалась местность Донецкого городища, куда в случае тревоги с помощью сигнального костра можно было послать дымовой сигнал.
Понимая, насколько бедно жило население, фантазия не разрешает рисовать крепостные стены с башнями и терема. Скорее всего, внутри поселения находились обычные для Центральной Европы жилища, стены которых представляли собой ряды столбов, переплетенные прутьями и обмазанные раствором из глины, воды и нарезанной соломы. Крыши покрывали камышом. Вокруг жилищ, хозяйственных построек и загонов для скота были ограждения в виде плетней.
Поселение существовало, очевидно, и до Киевской Руси и после. Периодически уничтожалось и возрождалось. При этом строители максимально использовали все прежние укрепления, подчищали и подновляли их. Как говорится: "Свято место пусто не бывает". На дошедших до нашего времени старых планах 1660 г. и 1742 г. на этом месте указана интенсивная застройка. Очевидно, и в середине XVII века заселена была в первую очередь именно эта часть города, а крепость на 1000 человек строилась уже не на старом поселении, а на чистом, свободном от застроек месте.
Возможно и то, что на плато между реками Харьков и Лопань уже существовали валы, построенные еще скифами по аналогии с Хорошевским и Мохначевским городищами. Эти городища аналогичны Харьковскому. Расположены они на прибрежных мысах и оба были освоены вначале скифами где-то в IV веке до н.э. На обоих довольно долго сохранялись земляные валы и эскарпы. Так на Хорошевском городище длина внешних земляных защитных укреплений (вал-ров) составляла около пяти километров, освоенная славянскими племенами в X-XI вв. и поселенцами в XVII веке отдельная северо-восточная часть городища представляла собой участок диаметром 300 метров (протяженность укреплений около 500 м). На Мохначевском городище общая длина внешних скифских укреплений составляла примерно 1500 м, а освоенная славянскими племенами в X веке и первыми поселенцами после XVII века южная часть городища – около 300 м.
Чугуевский воевода Григорий Спешнев обмерил старое харьковское городище. Протяженность его укреплений составила 530 саженей - примерно 1200 метров. Вполне вероятно, что это и были старые скифские укрепления на Университетской Горке. Все археологические исследования скифских городищ очень бедны находками, что приводит к гипотезе об их временном использовании скифами и отсутствии на территории городищ постоянных жилищ. Возможно, что линия скифских земляных укреплений и определила контуры Харьковской крепости, построенной в XVII веке. Но само поселение все же располагалось ближе к "живой " ключевой воде.
На дворе 2003 год. Уже заметны признаки разворачивающегося строительного бума. По известным законам экономического развития капитал, накопленный в торговле, пищевой и легкой промышленности вкладывается в недвижимость. Крупные масштабные стройки ушли пока в прошлое, уступив место индивидуальным проектам. Как и сто с небольшим лет назад Харьков украсят новые, оригинальные сооружения. Не останется без внимания и упоминавшаяся выше местность в центре города. И хорошо бы, прежде чем закатывать эти места в асфальт и бетон, дать возможность порыться там археологам. Скифского золота там нет, ржавые железки и старые черепки для строителей в отличие от археологов – всего лишь строительный мусор. Только в будущем земляки, живущие в этих местах, будут искать истоки, и то, что нам казалось мусором, для них может быть ценным. Не ошибиться бы.

 

Инф.dalizovut.narod.ru


Адрес новости: http://e-news.com.ua/show/281596.html



Читайте также: Финансовые новости E-FINANCE.com.ua